_znaika
чудо всегда ждёт нас где-то рядом с отчаянием
Впервые

Автор: Jo
Переводчик: znaika
Бета: mary_elizabeth
Фэндом: Король Артур
Персонажи: Артур/Гвиневра, Галахад, Гавейн, Ланселот, Тристан
Рейтинг: G
Жанры: Гет, Ангст, Драма
Предупреждения: Смерть персонажа
Размер: Драббл, 2 страницы
Описание:
Не все шрамы материальны.
Посвящение:
Перевод посвящается тому, кто все же выиграл в споре)
Спасибо, это было даже забавно.
Публикация на других ресурсах:
Только с разрешения автора. Переводчику фиолетово.
Примечания переводчика:
Если бы мне доверили выбрать мелодию, подходящую к данному рассказу, то это была бы:
Gabriel Yared & Cyrille Aufort – Adagio


Она опустилась рядом с ним на колени. Рядом с ним, склонившимся над телами его рыцарей, его друзей. Кровь, вытекшая из тел, перемешалась с грязью и окрасила ладонь в отвратительный цвет, когда она было случайно коснулась побуревшей земли. Однажды и они присоединятся к тем, кто сегодня простился с жизнью.

К Ланселоту, храброму и смелому Ланселоту, щедро одаренному красивым лицом и злым языком, острым умом и теплой улыбкой, не знающим осечек мечом.

К Тристану, следопыту, который знал цену словам, умелому лучнику, умному и самоотверженному Тристану с проницательным взглядом.

Обоих сегодня не стало.

Впервые Гвиневре по-настоящему холодно.


***
Ужин не преисполнен радостью для тех, кто решил прийти. Да и компания невелика. Никто сегодня не хотел оставаться один.

Только не сейчас.

Боль от потери еще слишком свежа. Гвиневра задавалась вопросом: "Когда же, ну когда же они прочтут молитвы, когда начнут горевать по утерянным соратникам?" Но ничего. Только это странное выражение его лица, залегшие под глазами темные тени да пустота, сквозящая в его словах, от которой поднимались волосы на затылке. За несколько часов Артур превратился в призрак былого воина, постепенно исчезая, но никто из его рыцарей, кажется, этого и не заметил.

Больше нет тех, кто увидел бы перемены.

Впервые Гвиневре кажется, что, возможно, ранее он никогда не скорбел.


***
Пламя от горящего факела освещало ее тихие шаги к покоям Артура. Она безмерно была благодарна темноте за то, что та сокрыла все возможные напоминания о хвастуне и следопыте под своим покровом. Ее сердце не могло справиться с воспоминаниями о них.

Гвиневра прекрасно знала, что Артур, как бы ни старался, никак не мог забыть об отголосках памяти, ютящихся в темноте покоев. И неудивительно, что, убирая с его колен вещи (клинок и стрелу), напоминающие о погибших друзьях, он не противился, а только прижал ее к себе близко-близко и уткнулся лбом в ее живот. Никто не узнает, как сильно дрожали под покровом ночи плечи великого Артура.

Впервые Гвиневра позволяет себе чувствовать. И помнить.


***
Размеренно поднимается его грудь во сне, простыня сбилась и лежит где-то в ногах. Гвиневра разглядывала его, стерегла его сон. Старые шрамы на спине, багровые полосы, тянущиеся по коже, невзначай притягивали ее взор. У каждого из них — каждого — своя история. Каждый из них — это напоминание о времени, проведенном на Адриановом валу.

Но есть и новые шрамы, сегодняшние, стянутые черными грубыми нитками. Новые отметины на его теле.

И ни один из них не причинит столько боли, как те, что теперь он носит в своем сердце.

Ланселот.

Тристан.

Впервые Гвиневра понимает, что он никогда не сможет стать всецело ее.


***
Стражники молча пропустили ее, бредущую прочь из комнаты Артура, так и не нашедшую забвения во сне. И, выйдя в очередную галерею, она заметила двух оставшихся — выживших — сарматов-рыцарей-друзей. Ясно без слов, что именно она прервала.

Он украдкой вытер слезы и пристально посмотрел на нее. Из-за его плеча выглядывал Гавейн, закусив губу. Галахад зло глядел на нее покрасневшими и безмерно яркими в свете факела глазами.

— Он потерял сегодня их обоих, Гвиневра. Ты правда считаешь, что сможешь их заменить?

— Нет, — прошептала она, отступая в тень коридора. — Я никогда не смогу заменить тех, кого заменить невозможно.


И впервые Гвиневра верит, что они смогут это преодолеть.

@музыка: Gabriel Yared & Cyrille Aufort – Adagio

@темы: отпусти меня, чудо-трава, играя в переводчика